Советская армия стала школой мужества для настоящего мужчины

Послевоенное поколение с ностальгией вспоминает СССР и Советскую армию. Я из семьи офицера, поэтому служить хотел.

Послевоенное поколение с ностальгией вспоминает СССР и Советскую армию. Я из семьи офицера, поэтому служить хотел. А в сентябре 1965 года мне вручили повестку.

В шестидесятые годы молодежь призывали в 19 лет. Три года служили в сухопутных войсках, четыре – на флоте. Никто не роптал. Армия считалась школой мужества. Первым этапом службы были трехмесячные курсы молодого бойца. Меня вместе с другими орчанами-призывниками отправили в Саратов, где проходили огневую, строевую и физическую подготовку. Большое значение придавалось уставным и неуставным отношениям, без которых не может существовать армия.  Здесь были русские, белорусы, украинцы, башкиры, евреи, татары, никто не враждовал. Так как мы готовились служить за границей, на политзанятиях нам говорили: «Каждый ваш шаг там – это политика. Необходимо дорожить честью и достоинством воина советских вооруженных сил». Дело шло к завершению курсов, нас должны были распределить по частям. «Все зависит от «покупателей», – говорил капитан Ковтун. – Но надо показать себя».  Через три месяца после принятия присяги приехали «покупатели», все высоких званий. По алфавиту солдат начали вызвать в кабинет замполита. Просмотрев мое личное дело, полковник сказал:  – Вы из семьи офицера, ваш дядя – бывший военный летчик, военком Днепропетровска – мы его знаем. Ваш брат служит в Москве, и вы по желанию можете отправиться к нему, но по всем данным подходите для службы в группе советских войск в Германии. Как на это смотрите?  Я ответил:  – В Москве еще успею побывать, но не каждому выдается возможность служить за границей, поэтому я за ГСВГ.  Вскоре меня вместе с другими отправили к месту дальнейшей службы. Не буду описывать скучную дорогу в так называемых телятниках. Воинский эшелон шел не торопясь, иногда останавливался на станциях, чаще далеко от населенных пунктов. В дороге кормили в основном сухим пайком, который состоял из тушенки, хлеба и чая. Наконец прибыли к месту расположения учебного подразделения ВВС города Альтес Лагер. Разместили в казармах. В них было тепло. В гарнизоне центральное отопление отсутствовало, но имелась своя котельная, куда в качестве топлива с железнодорожных платформ поставлялись брикеты из бурого угля. Кочегарами были немцы.  Как-то раз на разгрузку состава с углем направили нас, солдат. Управиться должны были до обеда, то есть на все отводилось часа четыре. Мы рьяно взялись за работу. Часть платформ разгрузили без проблем, но в середине состава в двух вагонах среди угля и брикетов обнаружились ржавые мины.  Те, кто был на платформах, не задумываясь о последствиях, совковыми лопатами бросали уголь подальше от железнодорожных путей – вместе с ними летели и мины. Стоявшие внизу, отгребая уголь, выбирали мины и выставляли их сверху этой насыпи. Могла бы случиться беда, но в это время мимо на велосипеде проезжал кочегар. Он увидел мины и закричал: «Руссиш солдат, комрад, нихт!». После чего умчался. Мы прекратили разгрузку. Через несколько минут приехал начальник гарнизона с другими офицерами. Посмотрели на мины, прошли вдоль вагонов, обложили нас по-русски, уехали. Вагоны вывезли. Позже нам сказали, что мины были боевыми. Больше солдат на разгрузку угля не направляли. Но после этого случая во всех гарнизонах начали обучать, как обращаться с неразорвавшимися минами и снарядами.  В моем подразделении была своя кухня, готовили мы себе сами. Помню, однажды по осени не завезли продукты. Командир взвода, дав деньги, отправил нас в Гаштет, который находился метрах в шестистах, на окраине немецких садов. Так вот, на обратном пути мне встретилась немка лет шестидесяти и, протянув несколько алых гвоздик, сказала: «Mein sohn, nimmt die blumen» («Сынок, возьмите цветочки»). На глазах у нее были слезы. Я не решился отказать. Взяв цветы, сказал: «Danke schon, frau» и поцеловал ее морщинистую руку.  Когда вернулся в подразделение, лейтенант, увидев цветы, вопросительно посмотрел на меня, и я рассказал ему историю этой женщины, которой та со мной поделилась. Она была коммунисткой, два ее сына погибли под Сталинградом. Сама она находилась в концлагере, который освободили советские солдаты. Лейтенант поблагодарил меня за подобающее отношение к пожилой немецкой женщине, отметив, что это укрепляет наши связи с дружественной Германией и повышает уровень доверия местных жителей к советскому солдату.  Домой я приехал возмужавшим, крепким. С легкостью мог кидать пудовые гири, моей девушке это нравилось. Все вокруг было родное, но как будто бы другое. Да и близкие воспринимали меня иначе. Для меня Советская армия, которая была достойна уважения, действительно стала школой мужества настоящего мужчины.
Фото из архива автора В. Башлыков

Последние новости

Эксперты оценили работу Паслера во время ликвидации паводка

Действия губернатора Дениса Паслера и его команды по отработке последствий паводка стали примером для властей в других регионах и помогли руководителю Оренбургской области заручиться поддержкой президента Владимира Путин

Оренбуржцы стали чаще пользоваться выездным сервисом Сбера в 2024 году

В первом полугодии 2024 года услугой воспользовалось более 10 тысяч жителей региона.

В Оренбуржье подорожал бензин

Аналитики Оренбургстата изучили динамику изменения цен на бензин в Оренбургской области.

Card image

Сравнение гофрокартона с другими материалами упаковки по целому ряду параметров

Комментарии (0)

Добавить комментарий

Ваш email не публикуется. Обязательные поля отмечены *